А знаете ли Вы?
Hа теле одного человека живет больше живых организмов, чем людей на Земле.
Случайный скриншот   Другой   Закрыть

Если вы решили, что это скриншот из Thief образца 2014 года, то вы глубоко ошибаетесь =)

<<< 8Содержание10 >>>


9


С тех пор, как я примкнула к Флаю и Джилл, я снова могу дышать свободно. Это же Флай и Джилл. Он спас ее, хотя я знала, скольких трудов ему это стоило. Да и я сама в любом случае помогла бы смертельно раненому, раз уж мы прошли курсы их спасения.

Военные силы ВМФ к тому времени были повсюду. Я не возражала против того, что Киммел признал своими лучшими бойцами Марка Стенфилла и Джимма Айви, моих приятелей по игре в покер (Флай не был в их команде). Когда все катилось к чертям, персональный номер бойца помогал принять правильное решение - паниковать или спускать курок. Лаборатории Экермана превратились в зомби-кафе, и этого было достаточно, чтобы заставить паниковать кого угодно.

Флай, Джилл и я спешили в дезактивационную камеру. После всего того, с чем мы здесь столкнулись, было почти смешно проходить эти меры безопасности. Но в конце концов, я не должна критиковать базу на Гавайях за эти меры. Уничтожить монстров только для того, чтобы умереть от болезней, которые уже проникли в кровь – вот будет удар по нашему самолюбию.

Вечером за ужином я видела Альберта. Он плохо контролирует свои эмоции и в покер играет хуже Флая.

- Арлин, с тобой все в порядке? – спросил он, заметив улыбку на лице Джилл секундой позже. – У вас все в порядке?

- В полном, - ухмыльнулся Флай.

- Мы ведь хотели больше практики, - добавила Джилл. - И мы ее получили.

- Угомонитесь уже, - сказала я им обоим. – Альберт, не слушай этих маньяков.

- Ну что такое! – возразил Флай, не переставая улыбаться. – А если серьезно, Альберт, то после всего, что мы прошли вместе, это так, ерунда.

Я заметила, что те столы, за которыми раньше не было свободных мест, сейчас заняты максимум наполовину. Мы потеряли не настолько много народу, даже учитывая эффект неожиданности. Всех мертвецов пересчитали и ликвидировали (как минимум у Экермана были точные записи). Единственным объяснением проредевшей толпе было то, что нашим товарищам кусок в горло не лез после встречи с истекающими слюной мертвецами. Так что у нас было время спокойно поговорить.

Альберт со вздохом присоединился к нам. Столики были расставлены как в кафе, и наша маленькая группа как правило держалась вместе. Мы так сблизились с Кеном, что заочно вписали и его в наши вечерние посиделки. Если он еще когда-нибудь сможет есть твердую пищу.

- Я не слышал о мертвецах с тех пор как вернулся, - сказал Альберт почти извиняющимся тоном.

- Чем занимался в городе? – спросила Джилл.

- Бегал по магазинам.

В этой невинной фразе чувствовался особый подтекст. И я была не единственной, кто его расслышал.

Мы доедали наши Салисбургские стейки в тишине. Я расправилась со своим и поднялась из-за стола убрать поднос. Должна заметить, моя фигура не нуждалась в лишних калориях. Альберт только начал есть, но заметив, что я встала, тут же бросил свою еду. Хотя уж ему бы плотный ужин не помешал.

- Не против, если я пройду с тобой?

Это было определенно не в его стиле. Я не могла не заметить, как Джилл прожгла его взглядом. Внимание Флая было целиком поглощено ананасовым десертом, а вот она понимала, что что-то происходит.

- Не вопрос, - ответила я. На какой-то момент я позволила желаниям затмить разум. Мне хотелось верить, что Альберт поменял свое мнение и теперь не против того, чтобы мы спали вместе. Я забыла, насколько старомодным был этот парень. Важнее всего для него была мечта и то, что идет с ним под руку – обещание.

Я не знаю, чему удивилась больше. Тому, что он вернулся из своей экспедиции, прихватив с собой кольцо, или тому, что он вот так просто предложил мне:

- Арлин, ты выйдешь за меня?

Я сама приоткрыла эту дверь, когда заигрывала с ним. Если бы я вовремя включила мозг, то сразу поняла бы, что значит мой интерес для такого человека.

Мы стояли рядом с постером времен Второй Мировой, который провозглашал: «болтун – находка для шпиона». Он вперился в меня взглядом и ожидал слов, которые стали бы спасением от его персонального проклятия. Я была бы рада, вздумай он отвернуться. В конце концов я оказалась не такой уж и смелой, как о себе думала.

- Альберт…

Это все, что я смогла произнести. Выражение лица Альберта говорило за него. Он боролся точно с теми же проблемами, что и я. Заговори я о них сейчас, его это даже не оскорбило бы.

- Это кольцо… - начал он.

- Оно прекрасно. Но я не могу даже представить, что приму его до тех пор, как… то есть, я имею в виду, мне надо подумать.

Мы стояли, словно персонажи комедии в тот неловкий момент, когда оба не знают, что делать. Кто бы мог подумать, что принять простой кусок золота для меня станет сложнее, чем сбежать из башни Диснея?

- Хочу, чтобы ты сохранила его, - сказал он. – Не думай о нем как об обручальном кольце, или как еще о чем-то, что ты не хотела бы получать. Я не прошу носить его, если ты не уверена. Арлин, ты значишь для меня так много, что когда ты предложила мне то, что я не могу принять, я был вынужден ответить на это своим способом. Я хотел, чтобы ты знала, что я чувствую.

Я взяла Альберта за руку и почувствовала легкую дрожь в его ладони. Пришлось собрать в кулак всю свою смелость, чтобы заглянуть в его глаза и сказать:

- Мне нужно время, чтобы принять решение. Пойми меня, пожалуйста.

- Разумеется, я понимаю.

- Спасибо, - выдохнула я и чмокнула его в щечку. Его улыбка принесла мне куда больше радости, чем любое золотое кольцо. – Я бы хотела сохранить его. Ну, до того, как…

Он был слишком галантен, чтобы дать мне закончить.

- Что бы ты ни решила, Арлин, для меня будет честью, если ты оставишь его у себя. Мы должны сохранять свои принципы в этом дивном новом мире.

Я не ожидала такого от моего крупного привлекательного мормона.

- Разве твой Бог одобряет подобное?

- Если моя вера истинна, то Бог – он для всех, а не только мой. Разве не так?

Он вернул мой целомудренный поцелуй и оставил меня наедине со своими мыслями.

 

На следующее утро я пришла на брифинг для солдат уровня допуска 5 и выше, щеголяя кольцом на цепочке с моими жетонами. Флай сразу заметил его. Бьюсь об заклад, он был рад снова надеть форму. Как и я.

По лицу адмирала Киммела было понятно, что ему сейчас не до шуток. Такое же выражение было у самого высокорангового морпеха на Гавайях, полковника Дэна Хукера. Эти парни выступали вместе – верный признак того, что ситуация чрезвычайная.

- Мы не исключаем версию шантажа, - начал адмирал. – К счастью, своевременная реакция со стороны наших бойцов снизила возможные потери и нейтрализовала угрозу в лице зомби. ВМФ очень благодарен за помощь, оказанную морпехами.

Офицеры обменялись рукопожатиями. Они вложили в этот жест больше благодарности, чем было во всех салютах, которые я видел в свое время. Приятно служить под началом офицеров, которые обращают внимание на детали. То же самое можно было сказать и о мужчине, которого Киммел представил следом.

Профессор Уоррен Уильямс заведовал всей научной деятельностью, которая велась на Гавайях. Сложно сказать что-то конкретное о том объеме знаний, которыми он владел. У него была научная степень по физике, астрономии, биологии, информатике и народному искусству. Он взял свой девиз у научного фантаста Роберта Хайнлайна: «специализация – для насекомых».

Ко всему прочему он обладал чувством юмора, что и демонстрировал нам прямо сейчас.

- У адмирала было слишком много свободного времени, и он обучил меня военной терминологии. Мне казалось, что «ползучая миссия» - это как раз то, что случилось вчера, когда кое-кто выполз наружу из лаборатории Экермана.

В ответ ему донеслось лишь несколько нервных смешков. Память о погибших была еще слишком свежа. Профессор решил сменить тему.

- В обычное время я старался держаться только людей с определенной степенью боевой подготовки. Год назад я бы описал себя как обычного мирного военного.

Еще несколько смешков.

- Со Второй Мировой столько яйцеголовых не разбивали в военный омлет. Но когда нет иного пути, с этим ничего не поделаешь. Возможно, я сделал первые шаги к моей текущей работе тогда, когда узнал великий секрет спутников Марса. Я предполагал, что есть некие Врата. И что угодно может через них пройти.

Он был немного похож на Роберта Опенгеймера. Я легко могла представить, как он работает над прототипом атомной бомбы.

- Мы с адмиралом пришли к соглашению, как определить, что вы живете в трудные времена. Это время, когда люди действительно прислушиваются к советам инженеров.

Только один человек засмеялся после этой фразы. Я.

Он рассказывал что-то еще об операциях на базе, но его глаза все время возвращались ко мне. Сомневаюсь, что он хотел пригласить меня на свидание. Мы с Флаем были вместе слишком часто и слишком хорошо зарекомендовали себя. Я полагала, что нас выставили на ринг под прямой удар директора, и лучше бы нашим челюстям выдержать этот удар.

Он укрепил мои подозрения, когда сразу после основного брифинга сказал, что хочет видеть Большую Четверку (как мы в шутку себя называли). Уверена, на базе были взрослые люди, которых возмущало, что детей вроде Джилл допускают к материалам, закрытым для них. Но если и так, они держали это при себе.

Джилл быстро взрослела, и в этом не было ничего удивительного. Я вижу, что Флая беспокоит, когда на нее заглядываются мужчины, которые ей в отцы годятся. Она высокая для своего возраста. Ее пухлый ротик сводит мужчин с ума. Я не беспокоюсь о тех, кто целует этот ротик, пока еще может что-то соображать. В перерывах между распиливанием демонов по всему западу Америки я отводила Джилл в сторонку и преподавала ей ускоренный курс о пестиках, тычинках и детках.

Разумеется, ей не нужно беспокоиться о каких-то болезнях. Медицина не стоит на месте. Ну кто вообще мог представить, что не успеет человечество победить ВИЧ, как столкнется с монстрами из открытого космоса? Выражаясь словами Гильды Раднер, комика двадцатого века, «оно всегда как-то так».

А Флай как обеспокоенный отец, волнуется о Джилл все больше и больше. Возможно, это и к лучшему. Он с удвоенным усердием палил по мертвецам, когда вытаскивал ее из лаборатории Экермана. Я не знаю, как убедить его отпустить Джилл. Мне бы со своими личными проблемами разобраться…

Замужество. Альберт – чувствительный, застенчивый человек, я не хочу причинять ему боль. Я лучше подавлюсь одной из своих миниатюрных ракет, чем заставлю его страдать. Но я всегда была честна с собой. И сейчас я не знаю, в чем причина моих колебаний – в самом Альберте или в том, что я боюсь обязательств перед любимым мужчиной больше, чем комнаты, полной Потерянных Душ (идиотское название, которым ученые окрестили летающих черепов). Если я выживу в последнем бою, и Земля снова окажется в безопасности, буду ли я готова подарить детей этому человеку? Даже думать об этом не хочу. Да, я прекрасно понимаю, что именно это он подразумевает в своем предложении руки и сердца. Для Альберта женитьба без попытки завести детей – просто затянувшееся свидание. А может, я просто боюсь просить Флая стать крестным отцом.

Пока начальник вел нас в свое убежище, я снова почувствовала, что мы четверо сформировали что-то вроде странноватой семьи. Может, это такая модель ячейки общества в будущем – по крайней мере у ребенка будут отличные примеры для подражания.

Я посмотрела на гигантский радиоуправляемый телескоп. Длинная труба напомнила мне пушку – идеальное сочетание науки и военного дела. Уильямс стоял перед ним, сложив руки за спиной. На тот момент он был больше похож на военного, чем адмирал и полковник, которые стояли в стороне, словно передавая бразды правления профессору. Еще до того, как начальник открыл рот, я поняла, что все наши личные проблемы отходят на второй план. Опять.



<<< 8Содержание10 >>>




Комментарии


Комментариев нет.


Отправить комментарий
Имя: *
Email:  
Комментарий: *
    captcha
Получить другой код
Символы с картинки: *