А знаете ли Вы?
Библия переведена почти на все языки мира и даже на многие выдуманные языки. Существует текст Библии на клингонском и даже на свинском латинском.
Случайный скриншот   Другой   Закрыть
Mad Max

<<< Глава 6СодержаниеГлава 8 >>>


Глава 7


Капли воды на стекле причудливо искажали картину улиц, превращая ночной город в яркую мешанину разноцветных клякс. Люди в салоне молчали, погруженные в свои мысли. Андрей гадал, о чем размышляет Ирикс. Роткин не стал расспрашивать, кто такой Рюки Лейн, припомнив вместо этого список контактов в мессенджере Сергея. Один из них был подписан коротко и лаконично: Lain.

Уайд вырулил на безлюдную загородную дорогу, по обе стороны от которой тянулись ряды дач. На миг Андрея охватило беспокойство. Ему вдруг захотелось выпрыгнуть из машины и умчаться в дебри огородов, пока есть шанс. Роткин отмахнулся от этих мыслей. Если бы ему хотели навредить, удобнее было бы сделать это в лесной развалюхе.

Меж тем, конечная точка пути постепенно вырисовывалась в голове Андрея. Догадка совсем его не радовала. Последние сомнения растаяли, когда Уайд свернул на перекрестке после дач.

Компания держала путь в психбольницу.

Роткин нарушил тишину:

– Почему мы едем в дурку? Кто такой этот Рюки Лейн?

– Человек, которому не повезло с родными, – ответил Сергей.

– Они его туда упрятали? Видимо было за что, раз он все еще в больнице.

SIGINT пожал плечами.

– На людей Лейн не кидается, для общества не опасен, ведет себя спокойно, адекватно. Тут дело в настойчивости его матери.

Роткин с трудом мог себе представить, за какие проступки можно упечь в психушку собственного сына.

– Давно он там?

– Две недели. Но это далеко не первый его визит. Санитары приезжают за Лейном каждый раз, когда матери удается его выследить.

Фары выхватили из темноты железные прутья забора, ограждающего территорию больницы. Роткин заметил, что дождь успел затихнуть. Уайд остановил машину за сотню метров от КПП и заглушил мотор.

– Теперь ждем.

– Просто ждем? У вас странное представление о спасении.

– Он сам до нас доберется. Мы здесь, чтобы Лейн не топал пешком до города.

Сергей бросил взгляд на часы.

– Точно по плану прибыли. Через минуту появится.

– Лучше б не опаздывал, – ответил Уайд с нотками волнения в голосе. – Охранник на КПП что-то подозревает.

Андрей взглянул на будку со шлагбаумом. В темном прямоугольнике окна ему чудилось едва заметное движение.

– Может, на территорию заехать? Сойдем за посетителей.

– Какие посетители ночью, о чем ты? – ответил Уайд. – Да и не рады нам там будут.

– Это почему? – протянул Роткин. – Что вы натворили?

– Дважды помогали Лейну спастись. Санитары нас в лицо знают.

Андрей почувствовал напряжение, с которым Уайд и Сергей вглядывались в темноту за забором. Прошла одна мучительно долгая минута.

– Он просто возьмет и выйдет из корпуса? – нарушил тишину Роткин. – Мне казалось, там охрана, двери запирают…

– Ты недооцениваешь пофигизм врачей. Лейн убедил их, что не собирается больше сбегать, и за хорошее поведение ему разрешили подметать двор. Это его билет на свободу.

Время от времени с территории больницы доносились далекие крики санитаров.

– К нам сейчас подойдут, – Сергей указал на будку КПП, из окошка которой выглядывал охранник. – Опасно стоять тут дальше.

– Да где его черти носят...

Медленно, нехотя, Ирикс завел машину и стал разворачиваться.

– Фонарь! – воскликнул Сергей, едва в темноте за забором мелькнул далекий луч света.

– Санитары? – ответил Уайд. – Подозрительно.

– Думаешь, Лейна ищут?

Ирикс пожал плечами.

– Мне это не нравится. В прошлый раз ему Могильником грозили за побег.

Доехав до поворота, где охранник не мог увидеть машину, Уайд срулил с дороги и затормозил среди деревьев.

– У меня есть идея. Но она вам не понравится.

– Влезть на территорию больницы? – ответил Сергей. – Думаешь, мы его найдем быстрее бригады санитаров?

Уайд покачал головой.

– Поболтаем с Пушистиком. Он может что-то знать.

– С кем? – переспросил Роткин, решив, что ослышался.

– С Пушистиком, – повторил Ирикс, открывая бардачок. Уайд достал оттуда пачку сигарет и кусок картона, похожий на маленькую фотографию. Он торопливо сунул вещи в карман куртки.

– Хронический алкоголик, который здесь не первый год обитает. На фоне «белочки» у него развился психоз, теперь боится темноты и открытого пространства. С нами уже знаком. Думаю, его несложно будет разговорить.

Уайд открыл дверь машины, после чего снова взглянул на Роткина.

– Если нас заметят, мало не покажется. Чем больше у нас шансов дать отпор, тем лучше. Я пойму, если ты решишь остаться в машине, но объективно нам лучше держаться вместе.

Роткин переводил взгляд с Уайда на Сергея. Визиты на закрытую территорию с пугающей быстротой становились традицией. Но сидеть в пустой машине хотелось еще меньше. Что если его заметят? Или Григорий с Сергеем не вернутся?

– Я с вами, – неохотно согласился Роткин.

Уайд кивнул, улыбнувшись на мгновение, и вышел из салона.

– Может, транспорт ваш отогнать на дорогу? – предложил Андрей.

Ирикс покачал головой.

– Черт его знает, что там происходит. Если наткнемся на охрану, можем не успеть добежать.

Осмотревшись, Уайд вцепился в прутья забора и полез наверх. Спрыгнув с другой стороны, он дождался, пока к нему переберется SIGINT. Последним на забор забрался Роткин.

Первые секунды по ту сторону железных прутьев были самыми тревожными. Едва Роткин осознал, что все трое перебрались незамеченными, сковывающая движения паника сменилась желанием действовать. Роткин аккуратно двинулся за Сергеем, замирая от каждого звука.

Минуту спустя из-за холма показался один из корпусов. Двухэтажное кирпичное здание с широкими старомодными окнами было словно гостем из прошлого века. Именно такими Андрей представлял себе психушки из ужастиков и крипипаст. Промокшие ноги хлюпали по грязи, оставляя глубокие следы. Будь поблизости хоть один санитар, опасная прогулка Роткина второй раз могла бы окончиться полицейским участком. Но чем ближе троица подбиралась к больнице, тем тише становились голоса вдалеке. Люди с фонарями отходили к другим корпусам в глубь территории. Роткина пробила мелкая дрожь – то ли от страха, то ли от ночного мороза, проникавшего под свитер и легкую куртку. Штаны промокли насквозь от хлеставшей по ним мокрой травы, ветви деревьев обдавали холодным душем. Радости Андрея не было предела, когда они наконец вышли на дорогу перед корпусом. Ирикс перешел на бег. Комья грязи летели с его ботинок, оседая на штанах и куртке. Перед самым корпусом он остановился и осторожно заглянул в покрытое пылью окно. До Роткина донеслись шаркающие звуки шагов изнутри и хор разномастных голосов.

– Никто не спит, – громким шепотом произнес Уайд, когда Андрей подошел к нему на расстояние разговора. – Больные не в кроватях. Неужели все из-за Лейна?

Сергей подобрался к соседнему окну.

– Уайд, я Пушистика вижу.

Ирикс подбежал к Сергею. Андрей осторожно подобрался к товарищам и тоже заглянул через стекло. По коридору здания бродили мужчины, удивленно глядя друг на друга. На вид им было от сорока до шестидесяти. Кто-то сидел в старом кресле, кто-то энергично жестикулировал в разговоре. Все были одеты в одинаковые темные штаны и рубашки. У одного из пациентов Роткин разглядел на ногах тапочки на босу ногу. В помещении с такими окнами можно не мечтать о теплоизоляции – Андрей даже на улице слышал, как воет ветер в трещинах старых рам. Внутри было не намного теплее, чем на улице. От одного взгляда на пациентов в таких условиях Андрею становилось не по себе.

Ирикс наклонился к щели в окне и осторожно позвал:

– Пуши-истик!..

Никто внутри не обратил внимания на его слова. Уайд позвал еще раз, чуть громче:

– Пуши-истик!..

Из кресла, что стояло ближе всех к окну, вскочил коротко стриженный мужчина. Он воровато огляделся. Резкие дерганые движения выдавали его беспокойство.

– Окно, Пушистик!..

Пациент зыркнул куда-то в глубь коридора, после чего его взгляд беспорядочно забегал по окнам. Уайд помахал рукой. Пушистик замер, вглядываясь на улицу через толстый слой пыли и грязи на стекле. Медленно, оборачиваясь после каждого шага, он подобрался к окну.

– Кто здесь?

Нотки страха, из-за которых пропитый бас звучал на несколько тонов выше, придавали голосу неестественный оттенок. Андрей никак не мог понять, чего в голосе Пушистика больше – суровости прожженного алкаша, который пьет спирт как воду, или трусливой дрожи боягуза, смотревшего в лицо неизвестности.

Уайд осторожно показался на глаза больному.

– Привет, Пушистик. Соскучился?

– Ты?! – вскрикнул пациент. В следующий момент удивленная гримаса сменилась жалобной миной.

– Уходи, пожалуйста, – захныкал он. – Ирина Олеговна запретила мне с вами говорить.

– Это почему же? – без выражения спросил Уайд. Очевидно, он догадывался, что скажет Пушистик. Однако ответ пациента заставил брови Ирикса сдвинуться в выражении искреннего удивления.

– Ирина Олеговна говорит, что здоровые люди не говорят с призраками.

– Какой же из меня призрак? – добродушно улыбнулся Ирикс. – Через стены проходить не умею… стал бы я иначе на таком морозе оставаться.

– Хватит мне голову дурить! – тоном обиженного ребенка крикнул Пушистик. – Я сам видел, как ты вышел во тьму. Никто кроме смотрителей оттуда не возвращается!

– Я могу доказать, – ответил Уайд, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и невозмутимо. При этом напряжение, что исходило от него, Андрей мог буквально кожей почувствовать. Сергей стоял на стреме, готовый умчаться за деревья, едва завидев санитара или охранника.

Уайд достал из кармана пачку сигарет, вытащил одну и через трещину в окне протянул ее больному.

– Смог бы призрак угостить тебя сигареткой?

После недолгой внутренней борьбы Пушистик потянулся к сигарете, выхватил ее из пальцев Ирикса и спрятал в нагрудный карман.

– Как это возможно? – бубнил он себе под нос. – Призрак может передавать вещь… сказать ей… а вдруг поверит?

Обернувшись, больной крикнул во все горло:

– Ирина Олеговна!

– Тихо, дурак!.. – зашипел Уайд, после чего, оценив ситуацию, продолжил тем же спокойным радушным тоном. – Пуш, у меня тут целая пачка. Скажешь нам кое-что и получишь ее. Только давай без Ирины Олеговны.

По лицу Пушистика было видно, что предложение Ирикса его не сильно радует. Но все же он замолчал и, повернувшись, уставился на пачку.

– Чего надо?

– Почему санитары прочесывают территорию?

– Какие еще санитары? – нахмурился больной. – Ты опять меня путаешь? Здесь есть я, эти больные уроды и смотрители. Все!

– Хорошо, прости, – в голосе Ирикса мелькнуло раздражение. – Ирина Олеговна – это смотритель?

– Да, – ответил больной таким тоном, будто озвучивал прописную истину.

– Почему, – Уайд на мгновение запнулся, – смотрители рыщут во дворе?

– Так убежал один из этих… – лицо Пушистика скривилось в гримасе отвращения. – Грязных, вонючих… уродов. Его и ищут.

Дай ему волю, подумал Андрей, он других пациентов передушил бы собственными руками.

– Тупой осел, – выплюнул Пушистик. – Мозгов как у крысы. Каким дауном надо быть, чтобы сбегать во тьму и надеяться там выжить?

– Куда именно он отправился? – произнес Ирикс, едва больной умолк. – Может, он тебе говорил, где намерен ждать до приезда… то есть, до побега?

Пушистик открыл рот, чтобы что-то ответить, но замер на полпути.

– А чего тебе вообще тут надо? Почему ты не улетаешь? Я тебе нужен. Зачем? Не знаю. Но если сейчас же не отдашь сигареты, я позову Ирину Олеговну.

Улыбка сползла с лица Уайда.

– Пуш, если придет Ирина Олеговна, ты ничего не получишь. Лучше ответь на вопрос.

Андрей заметил тревожный взгляд Сергея, который тот мельком бросил на окно. Если больной сейчас закричит, прибежит санитар. Найти всю троицу по следам в грязи не составит труда.

Пушистик снова повернулся лицом к коридору и набрал воздуха в грудь.

– Ирина…

– Ладно, ладно! – сдался Ирикс. Довольный пациент тут же заткнулся и протянул руку к окошку. Уайд просунул ему пачку. Пушистик, радостно бормоча, спрятал и ее.

– Пытался меня одурачить, призрак? Я умнее. Не ровня тебе. Убирайся и не беспокой меня.

Облизнув сухие губы, Уайд достал из кармана кусочек картона.

– У меня есть еще кое-что, Пуш. Но я НЕ ОТДАМ тебе это, пока ты не расскажешь ВСЕ, что я хочу услышать.

Заметив карточку в руках Ирикса, пациент замер, будто не веря глазам.

– Да-ай! – донеслось до Андрея его нытье. – Дай-дай-дай-дай!

Больной попытался просунуть руку через трещину в окне.

– Нет, Пушистик, – голос Уайда стал заметно тверже. – Давай выкладывай.

– Я не знаю, куда он ушел! – пациент снова захныкал как ребенок. – Наверно туда, где снова сможет есть сердца на ужин!

Андрей остолбенел от услышанного. И этого человека Сергей называл не опасным для общества? Ирикс выглядел растерянным. Пушистик, испугавшись, что не получит драгоценный кусок картона, затараторил:

– Он просил, давно просил сердце на ужин, но ему не давали! Дразнили его демона! Долго обещали, но одурачили. Ему свиное дали, представляешь? Еще и зажаренное! Демон был в ярости. Дай! Дай сюда богиню!

Пушистик не терял надежды протиснуться в узкую щель и вырвать драгоценную карточку из рук Уайда. Андрей слышал постоянную возню и тихую ругань.

– Это не Лейн, – сказал наконец Уайд, глядя куда-то сквозь Пушистика. – Значит, не из-за него подняли бучу?

– Лейн?!

Возня прекратилась.

– Ты тоже его видишь?!

– Вижу, – неуверенно кивнул Ирикс.

– Попался! – возликовал больной. – Говорил же, говорил, что он призрак!

Пушистик явно хотел прокричать что-то еще, но, запнувшись, дернул головой и забормотал себе под нос:

– Почему его пустили смотрители?.. лояльность? да, да… не зря же…

– Пуша! – окликнул пациента Ирикс. Тот вскинул голову, вспомнив про сокровище в руках Григория.

– Где сейчас Лейн? – спросил Уайд, чеканя каждое слово.

– Там… – неопределенно махнул рукой Пушистик. В его мире снова не осталось ничего кроме картонной «богини».

– В Могильнике. Дай сюда!

– В Моги… – карточка выпала из рук побледневшего Ирикса. Сергей ошалело посмотрел на товарища, его лицо выражало смесь страха и отчаяния. Ответ Пушистика стал ударом для них обоих.

– Да-а-ай!! – завыл Пушистик. Его крик вывел Уайда из транса. Нагнувшись, тот бережно поднял карточку и просунул ее через щель в окне. На мгновение Григорий повернул ее так, что Андрей смог разглядеть лицевую сторону. Увиденное не только удивило его, но даже немного разочаровало.

К куску картона было приклеено изображение милой анимешной девчушки.

Схватив карточку, Пушистик прижал ее к груди, после чего, оглядевшись, спрятал «богиню» подальше в одежду и пошаркал от окна. Уайд с растерянным видом облокотился о стену, глядя под ноги.

– Что за Могильник? – спросил Андрей, стуча зубами от холода. Григорий проигнорировал его.

– Это смерть, – объяснил за товарища SIGINT. Он положил руку на плечо Ириксу. Тот медленно поднял голову, взглянув на Андрея.

– Что, прости? – едва слышно произнес он.

– Пойдем, Уайд, – сказал SIGINT. – Сейчас мы ему ничем не поможем.

Григорий не шелохнулся.

– Ирикс, санитары скоро вернутся.

– Мы не можем бросить… – промямлил Уайд.

– Завтра отправим жалобу в минздрав. Будем добиваться перевода в обычное отделение. Мы не сдаемся, но чтобы бороться дальше, сейчас надо валить.

– Лейн еще жив? – спросил Андрей. SIGINT кивнул.

– Пока жив. Но долго не протянет.

Сергей вздохнул.

– Могильником зовется подвал этого корпуса. И на то есть две причины. Во-первых, это бетонная коробка под землей, похожая на склеп. Во-вторых, Могильник – главный поставщик материала для больничного крематория.

– Что за жуть там творится?

– Ничего особенного, – ответил Сергей. – Туда попадают либо самые отморозки – педофилы, людоеды и им подобные личности – либо те, кого не будут искать. На них испытывают лекарства, проводят опыты, тестируют новые методики. В процессе бедняги теряют остатки разума либо отправляются на тот свет. И первые, поверь мне, частенько завидуют вторым.

Несколько секунд пролетели в тишине.

– Условия там кошмарные. Больные сидят в камерах, наружу их не выпускают. То есть, вообще никогда. Кормят тем, что не доели другие. Повсюду охрана, которой позволено все. За малейшую провинность избивают до полусмерти. В женском Могильнике в охране одни мужчины. Бывшие зэки, многие на исправительных работах. Представляешь, что там творится?

Роткин понимающе кивнул. Подробности ему знать не хотелось, но картина вырисовывалась ужасная.

Уайд долго молчал, прежде чем ответить.

– Серег, у них удрал опасный преступник. Ты слышал, что про него наш псих говорил?

SIGINT непонимающе уставился на товарища.

– Слышал. Но нам-то что?

– Когда на свободу вырывается такой маньяк, они пускают всех санитаров на поиски. ВСЕХ, Серег.

SIGINT посмотрел ему прямо в глаза.

– Может и всех, а что… нет, погоди. Ты же не собираешься…

Уайд кивнул.

– Именно, Серег. Давай вытащим Лейна прямо сейчас.



<<< Глава 6СодержаниеГлава 8 >>>




Комментарии


Комментариев нет.


Отправить комментарий
Имя: *
Email:  
Комментарий: *